Шершни – грязное и вонючее водохранилище, и если бы не Леха, Виктор никогда бы сюда не поехал, но тот сумел настоять на своем. Как в прошлый раз, когда вместо «Пражского пивовара» они пошли в шаурмячную.

Однако все было не так уж плохо. Жарился шашлык, пиво – много пива – охлаждалось в воде. Вечер обещал быть хорошим. Забылся Бородка, вынесший мозг на совещахтунге, забылся хуй из МИАЦа, имя которого произносить нельзя, чтобы не стошнило. Забылся даже Кокушкин, долбоеб и опездал, который снова накосячил в проектной документации.

Виктор сидел возле дерева, прислонившись к нему спиной, отхлебывал из полторашки нефильтрованное и смотрел, как Леха трудится возле мангала, размахивая картонкой, а девочки нанизывали мясо на шампуры. Сегодня ему, пострадавшему на производстве, решили устроить вечер расслабухи.

Внезапно небо вдруг осветилось. Стало светло, как в день падения знаменитого метеорита. Подул горячий ветер. Горячий? Сейчас же сентябрь, бля!

Два месяца назад

Он снова кончил раньше. «Вот баран», – подумала Мишель. Она слезла с довольного мужа и принялась яростно дрочить. Тот уже начал посапывать, когда ей наконец-то удалось снять напряжение.

– Эй! – ткнула она его локтем в бок. – Совсем забыла тебе сказать…

– Мы заставим… заплатить цену, – пробормотал он.

Мишель брезгливо приподняла его сморщенный член и больно щелкнула пальцем по головке.

– Ай! Страна в опасности! – вскричал Барак.

Тут же в спальню ворвались секьюрити, посветили фонариками на президентскую постель, пробормотали «опять эти ебаные ролевые игры» и удалились.

 – Слушайте, дети, сказку. Много лет назад, когда люди жили на поверхности в больших домах из стекла и бетона, не пропускающего радиацию…

– Баба Лиза! А разве бетон не пропускает радиацию? – спросил маленький Витюша. Он сидел на коленях у старшего сводного брата и был очень умным, не по возрасту.

– Э… Витенька, стара я стала, может, да, а может, и нет, – кряхтя, сказала баба Лиза. – А если ты будешь меня перебивать, я вообще забуду, о чем вам хотела рассказать.

– Ты и так каждый вечер эту сказку рассказываешь, чтобы нам сны пострашнее снились!

Дети кружком сидели на полу вокруг старейшины, которая занимала почетное место в кресле. Многие были в рваных обносках, а большинство – вообще голые. Одежды-то на всех не напасешься. Одежда нужнее всего была тем, кто поднимался наверх, охотникам.

Вудман был доволен донельзя. Он поделился с Ванессой планами о новом порнофильме, где она сможет сыграть роль второго плана вместе с Тори Лэйн, потому что ему показалось, что у нее почти такие же сиськи. Ей вручили фирменный значок студии, обратный билет до Хуинска и вызвали такси.
Ах да! Еще Пьер Вудман оставил ей на память автограф на правой ягодице.

Охуевшая, Ванесса вернулась домой...

Все там было странным, звонили какие-то Ишаковы и спрашивали какого-то Вадега, мол, чего это Вадег не ходит на работу. Она отвечала, что не знает, где он. Квартира была полна мужских вещей, грязных носков и использованных презервативов. Даже ножнички для стрижки бородки были. И ружье для охоты на белочек. Но куда пропал хозяин – этого она понять не могла. Все – наличие у нее ключей от квартиры, банковская карточка на имя некоего Вадега, изрядно опустевшая после ее вояжа по барселонским салонам - говорило о том, что она какое-то время с ним жила. Но в памяти не было абсолютно ничего.

Сидели как-то на кухне три хороших человека и спокойно так себе употребляли пиво. Хуй пил «Балтику», потому что хотел «Жигулевского», а его не было, Брут пил темного «Козла», потому что хотел «Оболонь», но ее не было уже давно, а Вадег пил «Чешское», потому что хотел понять, чего это остальных двоих с него так торкает. Разговор, как обычно, шел о бабах.
«А Вадег, как баба, залез с кемперкой на башню и сидел там, сученок, пока я его большой дурой не уебал». Или: «говорят, что я перетанцевал всех баб, а я помню только двух, а потом хуй не встал, и еще помню, что блевал Лехе в чемодан, думал сюрприз ему сделать по-гречески - он как раз в Грецию улетал на следующий день». Или: «захожу в туалет, а там Спирит, сидя, ссыт. Я еще ему тогда сказал, что подарю на день рождения прокладки именные».
Потом слегка начеширившийся Вадег начал что-то втирать про очки, мол, хотя очки носить сейчас нихуя не модно и те, кто их носят, просто не улавливают тенденций мирового гламура, но спиритовы очки все равно нехуево смотрелись бы на Бруте, придавая ему этакий академический вид. Брут ответил, что Вадег по очкам, безусловно, лучший специалист во всей области, но не пойти ли ему, бля, на кастинг.
Как только было произнесено волшебное слово, так тут же на столе, с которого безжалостно были сметены пустые бутылки, появился ноутбук Вадега, и волосатая задница Пьера Вудмана заполнила экран. Нетрезвый Вадег очень любил демонстрировать свою порноколлекцию окружающим. Понятно, что размерами она не могла сравниться с коллекциями Алека Вонючки или - с поправкой на преобладание хентая - Спирита, но подкупала тщательностью отбора экспонатов и честными глазами коллекционера.